Королевство Бельгия

Орта

Орта – это был своенравный человек и значительная личность. К сожалению, эти качества он не сохранил до конца жизни. Он изменился, став профессором и бароном. Преуспевающий архитектор, которому город доверял важные и крупные заказы, выговаривал и упрекал своих учеников и современников именно за то, благодаря чему он сам прославился: поиски нового выражения. Когда, например, в Женеве решался вопрос о строительстве здания Дворца наций, это было в конце 20-х годов нашего столетия, Виктор Орта был членом жюри, которому надлежало дать оценку 377 представленным проектам. В те времена многие архитекторы стремились к обновлению исторических традиций, особенно классических; прогрессивные работы Корбюзье и немногих его приверженцев выглядели как белые вороны. Жюри провело 64 заседания и в конечном итоге проголосовало за то, чтобы проект Корбюзье получил единственную первую премию, которая предопределила бы осуществление проекта.

Читать далее

в Генте

В 1894 году прославленный архитектор Альфонс Балат подошел к дому, который по заказу некоего инженера Тассела построил в Брюсселе один из его учеников, и разрыдался. Так сильно на него подействовал внешний вид дома.

Его проводили внутрь, чтобы он сел в кресло и успокоился. Когда Балат увидел «весь этот ужас, он в панике бежал по дневному Брюсселю прочь от своих друзей и спутников».

Ученика, который чуть не довел своего знаменитого учителя до инфаркта, звали Виктор Орта. Он родился в Генте, был сыном сапожника. Учился в Академии родного города, а потом вместе со своим другом Винсентом Ван Гогом отправился в Париж, где провел четыре года. Он вернулся в Брюссель, здесь завершил свои занятия в Академии и поступил в мастерскую Альфонса Балата,

Читать далее

«северная Венеция»

Гент связан с Брюгге каналом — оба они образуют исторический двойной город, составляющий славу древней Фландрии.

Если Гент называют «королевой Фландрии», то Брюгге заслужил название «северной Венеции», и это более справедливо, нежели подобное определение для Амстердама. Каналы, мосты, дома, вода — все по-итальянски, но северное, и все похоже на то, что находится у южного моря. К сожалению, река Свин во времена норманнов породила этот город, а затем погубила: из-за песчаных наносов Брюгге утратил связь с морем, начался упадок города. Борьба с песком оказалась тщетной, и с 1604 года в Брюгге перестали заходить морские суда.

Читать далее

прекрасное зрелище

Брюссель испытывает слабость к эффектам. По вечерам Гран-пляс — прекрасное зрелище: она то подсвечивается, то оказывается в таинственном полумраке. В наши дни все реже прибегают к световым эффектам, потому что и Брюссель экономит электроэнергию. Здесь много приятных маленьких кафе со столиками на тротуарах. Площадь Гран-пляс можно считать уникальной: сто метров в длину и шестьдесят пять — в ширину. Столь большая вымощенная площадь в центре города — редкость. Это «заслуга» французского маршала Вильруа, который в 1695 году по приказу короля уничтожил центр города, обстреляв его из пушек в назидание Европе, чтобы впредь без предупреждения все отправлялись на поклон к Людовику в Париж.

Читать далее

модная Бельгия

Вся Бельгия стремится быть модной, и это при том, что задолженность страны превысила 6 триллионов франков. Основа ее экономики — производство стали, вместе с Люксембургом Бельгия — один из крупнейших ее экспортеров в мире. Металлургические заводы преобладают в ландшафте страны. Именно в долине Мааса Европа пережила первую экологическую катастрофу, когда загрязнение атмосферы привело к гибели 63 человек, почти тысяча человек попали в больницу. Есть города, которые ведут непрекращающийся бой с пылью и смогом. К ним принадлежит Шар- леруа и его окрестности, оседание пылевидной золы здесь самое значительное в стране, а жилые массивы терзают коксохимические, металлургические и газовые заводы, электростанции.

Читать далее

“несерьезная” проблема

Если кто и превращает все это в несерьезную проблему, так это западноевропейская пресса, представители которой наезжают в Бельгию в поисках скандальных новостей. Скажем, они расписывают пожар в университете, глава университетской администрации, конечно валлон, оставил это происшествие без внимания только потому, что пожар случился у фламандцев. Они смакуют споры о разделе школьных библиотек, которыми раньше пользовались все, но в конце концов их поделили, прибегнув к лотерее. Можно прочесть о проблемах пожарников в пограничной зоне между Фландрией и Валлонией, потому что валлоны и фламандцы пользуются разными системами подсоединения к насосным станциям.

Читать далее

Брюссель

Брюссель — преимущественно франкоязычный город во Фландрии. Чиновники секретариатов ЕЭС, НАТО и других международных организаций и учреждений, обосновавшихся в Брюсселе, как правило, не склонны овладевать нидерландским языком. Несмотря на это, нидерландский язык в Брюсселе обладает теми же правами, что и французский, у фламандцев равное с валлонами представительство, однако тот, кто желает продвинуться по службе, должен говорить по-французски. Фламандцы отплачивают валлонам за пределами города: окрестности Брюсселя — официально фламандские, и франкоязычное меньшинство, которое в отдельных населенных пунктах составляет половину населения, должно говорить в учреждениях по-нидерландски и отправлять детей в школы с обучением на нидерландском языке.

Читать далее

в 1830 образовалась Бельгия

Когда в 1830 году образовалась Бельгия, на ее территории доминировала французская речь. Правда, из девяти провинций этот язык был родным только для четырех южных, и все же в пользу языка «страны галльского петуха» выдвигались весомые обоснования. С одной стороны, это было магическое влияние Парижа, который оказывал поддержку строптивым валлонам, хотя французский язык был символом освобождения. Во франкоязычной Валлонии находились богатые шахты, металлургические заводы, то есть экономическая мощь государства. Поэтому призыв «В единении — сила» появился в государственном гербе и официальным языком стал французский.

Читать далее

Что мы знаем о Бельгии?

На оживленной торговой улице Маастрихта, центра нидерландской провинции Лимбург, вклинивающейся между Бельгией и ФРГ, продавец предлагает резку для огурцов. Ничего особенного, обычная резка с регулируемой толщиной ломтиков. Стоящие на тротуаре нидерландцы сотрясаются от хохота.

— А вот, дамы и господа, забытое и такое практичное чудо современной кухни: первое деление для голландцев, оно обеспечит тонкие просвечивающие ломтики, через которые вы из Маастрихта увидите роттердамский Эуромаст! Второе — более толстые ломтики, предназначенные для наших легкомысленных лимбуржцев! А третье, дамы и господа, третье деление — это так называемое экспортное, бельгийское, для приготовления трехмиллиметровых ломтиков! И этим, друзья, мы учим наших соседей экономии, потому что истинные бельгийцы заказывают нашей фирме для приготовления салата из огурцов косу!

Читать далее